Неофіційний сайт НЛТУУ (Національний лісотехнічний університет України)

30
Вер

“А братия молчит себе, вытаращив глаза”. Почему?

– В последнее время в печати полтавской появлялись ваши страстные строки протеста против новейшей “канонизации” Сталина, попыток местной власти повернуть на один из памятников двуглавого имперского орла, других проявлений украинофобства. Однако ваш голос раздается на фоне почти полного молчания по этому поводу сотен других полтавских интеллигентов. Как думаете, почему?

– Такой уже имеем менталитет с его традиционным “хатоскрайництвом”. Вспоминаете же слова Шевченко о “братии”, которая “молчит себе, вытаращив глаза”? Кто-то боится потерять должность, работу, кто-то выжидает, куда же заведут нас московские блюдолизы, которые пришли к власти. Когда вспомнить о том, что только в урочище Сандормох вместе с моим дядей расстреляли почти полторы сотни украинских интеллектуалов, художников, которые были цветом нации, то, по-видимому, дает о себе знать и, так сказать, “генетическая недостаточность” тех, кто способен к сопротивлению любому авторитаризму, национальному порабощению. Поэтому появились в Украине и памятник Сталину, и просветительский министр-украинофоб Табачник, и официальный “хранитель” национальной памяти с коммунистическим партбилетом.. Кстати, от пуль сталинских сатрапов в нашем большом семействе погиб не только дядя Николай. В разгар репрессий мужчина маминой сестры Иван Филиппович Ищенко, который также выкладывал в виши, убежал из Киева. Но стоило этому “врагу народа” в ночь на 1 января вернуться домой только для того, чтобы передать новогодние подарки семейству, как его схватили и сразу расстреляли..

А разве может не возмущать та кощунственная инициатива полтавских власть предержащих относительно “возобновления” двуглавого русского имперского орла, который на протяжении нескольких веков “клевал” украинцев в самое сердце? И это при том, что здесь и до сих пор не смогли повернуть креста на маковку обелиска, установленного на могиле Ивана Котляревского.

– Константин Леонтьевич, ваш отец преподавал русский язык и литературу в школе. А кто же “лепил” из вас сознательного украинца? И кто, в конечном итоге, продолжает славный украинский род Зеровых за вашей “веткой”?

– Украинцем меня воспитал, по-видимому, все-таки Тарас Шевченко. С его творчеством не расстаюсь из семилетнего возраста, даже когда работал как переводчик бесплатно все время вспоминал стихи поэта. Именно за “шевченковской” темой на выпускном экзамене в десятом классе написал произведение на даже не 16 страниц – листов. С женой Викторией Алексеевной воспитали дочь, которая работает сейчас в банковской сфере. Имеем уже взрослых внука и внученьки. Первый после учебы на факультете кибернетики университета овладел профессией “компьютерщика” в Киеве. Внучка же только закончила наш Полтавский технический университет, дальше хочет заниматься наукой.

Фамилия не украинская, а.. казацкая

– Константин Леонтьевич, фамилия Зеров не является типичной для нашего края. Интересовались ли его происхождением?

– Фамилия наше действительно какое-то якобы не украинское и не русское.. К тому же практически не имеем однофамильцев. В свое время один из дядь, академик Дмитрий Костевич Зеров, рассказал мне о казаке Звезда, который после разгрома Сечи очутился на Брянщины, где уже его потомков “перекрестили” на Зеровых. Впоследствии они вернулись в Украину, на черниговщину, откуда происходил мой дедушка Кость Ираклиевич Зеров. Его считаем, так сказать, современным основателем нашего рода. В конце ХIХ века дедушки направили учительствовать на Полтавщину, в городок Зинькив, потом он работал образовательным инспектором. В то же время с женой Марией Яковлевной воспитывали пятеро синел и двух дочек, среди которых была и Елена, моя мама. После окончания медицинского института в Киеве она работала в городке Дашив на Винниччини. Там я и родился, прожил 17 лет. Мама умерла от туберкулеза, когда мне не исполнилось и четырех лет. Впоследствии решил продолжить ее дело и также вступил в Киевский мединститут. Первое рабочее место по специальности получил аж в Казахстане, на целине, где отработал пятилетку. Вернулся уже на Полтавщину, откуда родом дружина. Поскольку документальных подтверждений упомянутого казацкого происхождения найти не удалось, то не исключаю, что мне пересказывали легенду, которая в нашем роду передавалась из уст в уста.

– При таких обстоятельствах вы могли получить и другую фамилию, отчую. Тем более что другой ваш дядя, поэт и литературовед Михаил, после нескольких лет скитания по советским тюрьмам во время войны эмигрировал в Западную Германию. Вам как-то напоминали о таких “неблагонадежных” родственниках?

– Странно, но факт: ни каких-то официальных притеснений от коммунистической власти, ни даже повышенного негласного “внимания” соответствующих органов к моей скромной персоне никогда не чувствовал. Возможно, потому что избрал далекую от идеологии профессию врача, а для их недремного глаза тогда хватало представителей намного более “опасных” профессий. Почему мне оставили мамину фамилию, а отец не “переписал” его на свое даже после ее смерти? Скажу честно: не знаю. По-видимому, какая-то договоренность между родителями по этому поводу существовала, и об этом уже никто никогда не узнает.

Залиште коментар

Ви повинні зареєструватись для того, щоб мати можливість додавати коментарі.

Поставте будь-яке наше посилання у себе на сайті і пришліть його нам по e-mail і ми поставимо Ваше посилання у нас.

© 2016 Неофіційний сайт НЛТУУ (Національний лісотехнічний університет України)

При копіюванні матеріалів посилання на сайт nltuu.com.ua є обов'язковим